«Иисус Христос — суперзвезда»: новый ракурс старого полотна…

Да, я снова, в очередной раз, ничтоже сумняшеся посмотрела «Суперзвезду». Вот как начала после перерыва в несколько лет с августа 2014 года опять на этот спектакль с регулярностью курьерского поезда ходить, так и продолжаю. А оно всё затягивает, сильней и сильней, и ничего я с этим поделать не могу. А главное — не хочу. Ибо люблю моссоветовскую «Суперзвезду» сильней, чем все остальные московские постановки вместе взятые.

Хотя не так. Поскольку мы с этим спектаклем знакомы аж с 1994 года, то он стоит в красном углу моего сознания особняком. Вот есть всё прочее — а есть «Суперзвезда». И если я со всей ответственностью заявлю, что на сегодняшний день моим любимым мюзиклом из идущих на сцене является «Всё о Золушке», то, можете мне верить, так и есть. Но «Всё о Золушке» — любимый. А «Суперзвезда» — она, понимаете, единственная и неповторимая (во всей своей архаичности и какой-то милой несуразности). Это как если ты всю жизнь катаешься по разным городам и странам, но родина — она у тебя одна. А моя малая мюзикловая родина — вот как раз она, «Суперзвезда» в Театре имени Моссовета.

Впрочем, кажется, я обо всём этом уже писала в каждом из своих многочисленных отзывов о спектакле. Всё, завершаю минутку ностальгии и перехожу непосредственно к «Суперзвезде», состоявшейся 2 мая сего года.

Знаете, я полагала, что знаю эту постановку наизусть, и меня уже ничем нельзя удивить. Ах, как я ошибалась!.. Я просто впервые с февраля прошлого года увидела в роли Иуды Андрея Богданова. И вот то ли у меня совсем плохо с памятью, то ли Андрей переосмыслил своего персонажа (склоняюсь к первой версии), но это был абсолютно иной Иуда, нежели я привыкла. И вся история повернулась к лесу передом, ко мне задом (ну, или наоборот).

Ну, об Андрее я напишу хорошее чуть позже, а пока — о составе в целом. Друзья, я наконец-то нашла оптимальный для меня каст! Не идеальный — в нём Александр Емельянов должен бы играть не только роль Анны, но ещё и Иуды. Однако, раз подобный фокус выполним только на «Тысячнике» (и я продолжаю проталкивать в массы идею клонирования), то вот он, тот состав, который максимально меня устраивает и вызывает правильные эмоции. (А вот сочетание Вальц-Емельянов в главных ролях я всё равно побегу смотреть при любых прочих компонентах.)

А перед тем, как приступить к вожделенной оде артистам, я пару слов адресую балету (пусть он эту пламенную речь и не прочитает). Друзья мои, мы все уже привыкли к тому, что порой возникают проблемы с синхронностью движений. Да мы, наверное, сильно удивимся, если увидим таковую на протяжении всего спектакля. Но я вот, сидя на своём любимом первом ряду (на какие жертвы в плане финансов только ни пойдёшь ради «Суперзвезды») была поражена разговорчивостью танцоров. Право, всё же слышно. Круто, когда вы бросаете друг другу фразы, относящиеся к происходящему на сцене. Но когда диалоги касаются танцев, определённых действий (да, я слышала ваше: «Сам развязывай!» — в сцене храма) или тем, вообще не лежащих в плоскости спектакля, хочется запустить в кого-нибудь соседнее кресло (спасает только то, что оно занято, и попробуй уговори человека встать и пожертвовать стул на благое дело). Вы же артисты, честное слово. Профессиональные. Хотя, если мнение первого ряда (и, подозреваю, второго-третьего рядов) вас не волнует — хоть стишки матерные читайте все два часа спектакля.

Простите, наболело. Вот как-то ощущение порой складывается, что только исполнителям ролей важно, что происходит на сцене. А балет чисто для картинки (не весь, конечно; есть совершенно чудесные мальчики и девочки, которые не только оттанцовывают, но и отыгрывают каждое мгновение).

А теперь — барабанная дробь! — ОНИ.

Царь Ирод — Андрей Смирнов. Самый лучший Ирод из всех возможных среди меня. Нет, и остальные хороши. Но вот Смирнов — это наше всё. Этот Ирод комичен по сценарию, но страшен по сути. И именно Андрей наиболее точен для меня в передаче всего напластования смыслов, заложенных в рок-оперу изначально авторами, а потом — постановщиками Моссовета. Да что там секреты таить, я до потолка прыгала, когда узнала, что именно Смирнов 2 мая играет. Я всегда от этой новости гимны радости пою — ну, при условии, что билеты уже куплены, а исполнитель роли Ирода объявляется после сего знаменательного события.

Симон Зилот — Михаил Филиппов. Я — странный зритель. Продолжаю нежно любить Симона-Кузнецова, хотя осознаю, что Симон-Филиппов даёт мне в рамках спектакля гораздо больше. Да вот понимаю я его. Чего он хочет, к чему ведёт. Безусловно, в дуэте со «странным» Иудой-Богдановым персонаж Михаила выглядит чуть бледнее. Ибо не дают ему наступать по всем фронтам и интриговать от души. Но основное-то неизменно — Филиппов впервые за 20 лет просмотра рок-оперы в Моссовете донёс до меня Симона Зилота во всей красе. Да, возможно, это я медленно соображаю. Или ещё версия: Михаил Филиппов хороший артист.

Первосвященники — Вячеслав Бутенко, Александр Емельянов, Нил Кропалов. Очень, ооочень хорош Владимир Прокошин на позиции Кайафы. Но, во-первых, мне хочется большего веса в глазах остальных двух первосвященников. А во-вторых, если Пилата играет прекрасный Александр Бобровский, как я обойдусь без волшебного взаимодействия Пилата и Кайафы, если нет Бутенко?.. Вот любой другой Пилат — и подавай мне Прокошина. А если Бобровский — мне без Бутенко жизнь не мила. Да и он сам как-то оживает в окружении молодых товарищей по религиозному цеху.
А про милейших Александра Емельянова и Нила Кропалова я только слова в превосходной степени написать могу. Саше спасибо за свирепое выражение лица (вообще уместное после того, как Кайафа возопил: «Вы — безмозглые твари!..») и наставление старшего товарища на рельсы ритма (ребятааа… я лично впервые наблюдала, как лажал Бутенко). Нилу поклон за… да за всё. Два молодых зелёных-полосатых — шикарны (и пусть младая поросль ценителей спектакля зовёт их арбузиками, я-то знаю: они — матрасы!..). Они делают Синедрион таким же интересным и живым, как 20 лет назад. И, да, клонируйте мне уже Емельянова!.. И это… Пусть Нил в следующий раз шапочку проверит перед надеванием. Ибо задом наперёд, конечно, забавно, но не столь красиво.

Понтий Пилат — Александр Бобровский. Здесь представляйте, что каждое слово я пишу в превосходной степени. Не знаю, что можно сказать про Александра Алексеевича, чтобы передать весь мой шок и трепет перед его работой. На сцене Моссовета было довольно много Пилатов — но вот такого, чтоб верить каждому звуку, не припомню. И чтоб при этом каждый спектакль на протяжении долгих лет был сыгран по-новому. Вот ты сидишь и ждёшь — а как же сегодня будет подана роль? Какой он будет, Пилат? Но знаешь точно: как бы ни увидел Александр Алексеевич своего героя, он будет великолепен и точен. Вот и 2 мая снова был иной Пилат. И такой, что локти себе кусаешь, что никто не наплевал на запрет театра и видео не снял. Граждане, Бобровский — это сила!..

Мария Магдалина — Ирина Климова. Я наконец-то поняла, за что я люблю Магдалину Климовой. Потому что она действительно проживает то, что происходит с её персонажем, а не красуется на сцене. Ежесекундно понятно, что чувствует Магдалина, о чём она думает. Она действительно готова отдать себя в жертву вместо того, кого любит — да кто бы взял… Признаюсь: будь в роли Магдалины не Климова, я рыдаю и посыпаю голову пеплом. Ибо где тот вокал?.. Где актёрская игра?.. Впрочем, давайте не будем спорить и сойдёмся на том, что у меня просто вкус такой. Ну, люблю я, чтоб все ноты доставали и чтоб все нюансы отыгрывали. Случается, почему нет?..

Иуда Искариот — Андрей Богданов. Вооот… Надо теперь объяснить, почему именно Богданов продемонстрировал спектакль с нового ракурса. Попробую. Значит, так: остальные Иуды (в том числе — и нынешний Ярёменко), они — закомплексованные неудачники. За что и люблю. Их предательство — оно растёт из Иудиного комплекса неполноценности. В общем, «обидели мышку — написали в норку» и «никто меня не любит, никто не приголубит, пойду я на болотце, наемся жабонят». А вот Иуда Богданова — он иной. Он полагает, что сам строит важные планы. Да даже в «Забвении», когда из-за занавески вылезает подслушивающий Симон, Богданов не оправдывается и лебезит, а сначала машет рукой — тьфу, блин, это ж всего-то Зилот, а я переживал — а потом сам наступает на провокатора. И далее всё в том же плане. И это действительно «Иуда лукавый, человек без лица». А потом — вы представьте — беседа с Анной и осознание страшного: не мой это план, я — лишь орудие Синедриона. И в конце первого акта давно решивший всё Иуда колеблется не из-за того, что предаёт учителя, а потому, что он собирался сделать это идейно, а не за деньги. А тут сребреники суют…
А потом всё происходит — поцелуй, арест, плети… Оказывается, в реальности всё гораздо страшней и кровавей, чем в мечтаниях. Любой бы с ума сошёл. Вот и Иуда… Обыграли игрока. Обманули шулера.
Именно поэтому я была в восторге, увидев Иуду Богданова. Я привыкла к иному. А этот — он же сам свою дорожку наметил. Он полагал себя сильным. Но оказался орудием.
А я… Да, мне понравилось. Да, я поверила. Ибо Андрей был крут и достоверен. Да, предпочитаю Иуд, которые жизнью обижены (это личное). Потому — когда-то Дёров (это вообще был идеал), а сейчас — Емельянов. Но буде мне предложен в будущем Богданов — да я с радостью ж!.. И это… Поёт — вау.

Иисус из Назарета — Евгений Вальц. Мой единственный Иисус в постановке, что я уже давно поняла. Нет, могу смотреть и других, и получу удовольствие, и буду аплодировать стоя, а вот чтоб напрочь прихлопнуло и не отпускало — это в данную кассу. Не имею возможности предъявить объективные причины. Вот просто тут я верю от и до. Это прочтение роли — оно мне созвучно. А главное, как приучил меня божественный Бобровский, чудесный Вальц каждый раз демонстрирует нечто новое. И на сей раз какой-то незнакомый получился Иисус — но не менее прекрасный. Про вокал я трепетно промолчу (да нет, слышала я то-сё в первом акте, я ж не глухая; но это было единомоментно, это заставило меня нервничать о «Гефсимании», которая получилась идеальной и превосходной, и это, кажется, подхлестнуло самого Евгения доказать, что его голосовые связки способны на невозможное). Ну как, кааак человек может петь вот так?.. И при этом — быть полностью в роли?.. Да ещё и в такой?.. Граждане, про Вальца я могу говорить бесконечно, потому сейчас откройте словарики на страничке «прекрасно», потом — «превосходно», затем — «гениально»… Хотя что это я?.. Гениально — это понятие вневременное, это через поколения понятно станет. Потому смотрим страничку «очччень талантливо».


Резюмирую. Ох, я понятия не имела, что артист, исполняющий роль Иуды, способен повернуть привычный спектакль градусов на 45. И пусть я получаю больше эмоций и сильней верю Иудам, которые жизнью обижены, но Богданов был шикарен. (Повторюсь: тут скажем спасибо моему жизненному бэкграунду и восприятию мира.) А остальные… Ну не могу я больше хвалить!.. Хвалилка болит!.. Они ж непередаваемые!..

А вот только сейчас мне тяжко: хочется ещё раз на «Суперзвезду». Чтоб они опять меня развернули и свернули душевно. Но я терпеливая. Я подожду.


PS. Что меня поразило — количество народу в зале. Я честно полагала, что все ответственно поразъезжаются по дачам. Ан нет — сидели аж на самых верхотурах. Толпами. Приятно — как будто я к этому отношение имею…


Дурацкое освещение сцены в Моссовете вывело меня в лидеры: всего четыре фотографии с поклонов я могу показать. Остальное просто не сфокусировалось. Ну и ладно, всё равно вы читать текст сюда придёте, а не картинки смотреть…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасаюсь от ботов, замучали просто. Впишите нужную цифру: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.