«Пигмалион»: хоть в третий раз иди…

Друзья мои, сегодня я расскажу вам не о мюзикле. И даже не о музыкальном спектакле. Во-первых, потому что мне так хочется — уж больно впечатлило меня увиденное. Во-вторых, Театр ЖИВ именует своего «Пигмалиона» (а именно ему посвящён этот отзыв) «джазово-драматической фантазией на тему великой комедии Бернарда Шоу». А в-третьих, музыки в спектакле много, и она является одним из важнейших элементов действа.

Признаюсь честно: я счастлива, что открыла для себя Театр ЖИВ. В марте они приезжали к нам с детским мюзиклом «Волшебная красота Оливии» (которую я ещё обязательно посмотрю на «родной» сцене) и ужасно меня заинтересовали своей нестандартностью. Вечером давали и «Пигмалиона», но я, увы, имела иные планы, и в тот день спектакль не увидела.

Потому сложно описать мою радость, когда я получила сначала приглашение на пресс-показ «Пигмалиона», который состоялся 8 апреля, а потом уже — на «нормальное» представление со зрителями (это было 9-го числа). (Ася, спасибо ещё раз!) И я ведь пошла смотреть повторно. Вру. Побежала, обгоняя электричку. Потому как фотографировать и внимать артистам одновременно (а именно это я и делала на пресс-показе) очень сложно. Да и сами актёры испытывали, я полагаю, определённые трудности, когда в зале было полторы калеки, беспрестанно щёлкающих затворами с каменными лицами (впрочем, даже этих маньяков своего дела временами пробивало на хи-хи, а это о чём-то да говорит).

Так что мне было важно прочувствовать спектакль, приправленный реакцией публики, и наконец-то в полной мере пропустить через себя финальную сцену (на пресс-показе этот момент стал единственным, когда фотографирование помешало мне максимально проникнуться происходящим).

Получилось ли у меня увидеть спектакль по-новому? И да, и нет. Да — потому как зрительские эмоции действительно внесли в спектакль дополнительную объёмность. А нет — это из-за самих актёров Театра ЖИВ. Кто ж виноват, что они и под дулами фотоаппаратов были бесконечно прекрасны и на сто процентов погрузили лично меня в ткань повествования?.. Так что ощущения, что 8-го числа мне чего-то не доложили в зрительскую тарелку, зато вон оно в лучшем виде 9 апреля, не случилось. Оба просмотра стали для меня праздником души, и я, как-то так получается, уже нежно и искренне люблю театр, труппу, руководителя и всех причастных. (Ну, и некоторые… ммм… неожиданные ситуации, возникшие на пресс-показе, стали трогательным и милым дополнением общей картины. Но тссс! — то, что было на пресс-показе, остаётся на пресс-показе. 🙂 )

А теперь, суммируя увиденное за оба дня, попробую написать что-то конструктивное.

Читала в паре отзывов, что «Пигмалион» Театра ЖИВ — это, де, современное переложение классической пьесы. Спешу вас обрадовать: нет-нет, здесь вы увидите самого натурального Бернарда Шоу в лучшем виде. Конечно, кое-что приближено к сегодняшнему дню, но так точечно и уместно, что сам автор, полагаю, был бы за. И в камерном театре спектакль играется всего шестью актёрами. Вся «массовка» и второстепенные роли удалены, но, повторюсь, столь бережно, что даже и не вспоминаешь, что в пьесе присутствовал кто-то ещё.

Я очень люблю «Пигмалиона» и искренне считаю его одним из ярчайших произведений, написанных для театра (да, вот такие у меня вкусы). Однако, есть определённая сложность: играясь не на оригинальном языке, эта пьеса значительно теряет. Ну, нет в русском языке такого «классового расслоения», как в английском. Региональные особенности произношения — это другое. И даже наша неграмотная речь — она совсем не та, что в Британии. На родном языке Элиза Дулиттл действительно загибала такое, что хоть святых выноси. А на великом и могучем, как ни крути, в полной мере её перлы (а особенно — фонетические) не передать.

И вот тут в бой вступает мастерство постановщика и артистов. Если нас сумеют убедить, что доктор Хиггинс на самом деле мог ужаснуться тому, что несёт Элиза, то спектакль удался. Думаю, вы понимаете, что, раз я в таком восторге от спектакля, Театр ЖИВ в этом вопросе оказался на высоте?..

И что мне особенно по нраву, так это режиссёрское видение материала. Потому и фотографий у меня получилась такая куча, что каждый момент прямо просился в кадр. Позы, жесты, мимика — всё продумано и всё шикарно. Не буду подробнее распространяться обо всех находках — вон, фотографии ниже смотрите. Может, они вас сподвигнут в Театр ЖИВ прийти (ну, если я недостаточно эмоционально слова подбираю). Но поверьте: наблюдать за творящимся на сцене интересно ежемоментно.

Я тут ещё успела и «Антигону» у Театра ЖИВ посмотреть (отзыва не будет, ибо это всё же мюзикловый блог, а спектакль был так же далёк от данного жанра, как я от победы в конкурсе двойников Сталина). И ей, «Антигоной», меня окончательно убили и растоптали — в наилучшем смысле (оххх, как это было мощно!..). Стилистика всех виденных мной постановок исключительно необычна (пусть и используются похожие приёмы, но это вполне понятно; тем паче, всё это работает — да ещё как) и настолько мне по душе, что ведь пойду ж дальше с репертуаром знакомиться. Радостно попрыгаю.

Пара слов о музыкальной составляющей «Пигмалиона» (должна же я доказать, что отзыву о спектакле этом место в мюзиклоблоге?..). Звучат несколько песен из мюзиклов. Скажем, песня-скороговорка Moses Supposes His Toeses are Roses из «Поющих под дождём» (как родная в сценарий встала). Или же Wouldn’t It Be Loverly и Get Me to the Church on Time из мюзикла My Fair Lady (основанном, если кто подзабыл, на пьесе «Пигмалион» Бернарда Шоу). А ещё — джазовые вокализы и прочие изощрения, буквально сопровождающие сюжет. Их много и они замечательные.

И два электронных пианино на сцене, на которых играют все, кто может дотянуться. И — танцы. Ещё смотря «Волшебную красоту Оливии» я впечатлилась умению артистов бить чечётку. Вот и тут был шикарный степ.

Вот уж где собрался целый сонм синтетических артистов, радующих и актёрской игрой, и вокалом, и танцами, и прочими талантами, так это в Театре ЖИВ.

Есть определённая сложность: молодость труппы. То есть, кроме того, что произношение Элизы ужасно, мы должны поверить и в то, что вот эти двое молодых людей — на самом деле возрастные джентльмены. А вот эта юная леди — мама одного из вышеупомянутых пожилых мужчин. Но театр — мир условности (особенно в обсуждаемом случае). И тут я — верю.

Вот ещё что (я об этом в самом начале упомянула, но я повторюсь, ибо читатели уже позабыли, я уверена). Из оригинальной пьесы были с хирургической точностью извлечены все второстепенные персонажи и «массовка». Осталось шестеро действующих лиц (Театр ЖИВ вообще мастера этого дела — в «Антигоне», скажем, всего четверо артистов участвуют). Оно и понятно: труппа — немногочисленна, сцена — крошечная (зато какой зал… всего пять рядов, но видно с каждого места идеально). И всё делается с такой осторожностью, что исходный материал не только не страдает, но кое-где обрастает новыми гранями (та же «Антигона» стала звучать, на мой вкус, гораздо интереснее, чем у Жана Ануя, ибо ещё и добавлено кое-что было).

Так вот, об артистах. Я посмотрела «Волшебную красоту Оливии», где было 8 артистов, и потому познакомилась с большей частью труппы. Затем был «Пигмалион» на шестерых, потом — «Антигона» с её мощной четвёркой (21 апреля покажут «Что в погребе у садистов?» с двумя актёрами, который я, увы, не увижу из-за иных шикарных планов; но тенденция меня веселит). Так я о чём? Получается, что в «Пигмалионе» меня радовали почти все знакомые уже лица. И я вам об этих замечательных людях расскажу (ну, как понимаю).

Миссис Хиггинс — Анна Бохан. Прежде я её видела красавицей Оливией, а тут — старушкой-матерью. Но не скрюченной под тяжестью лет. Она — истинная леди. Впрочем, будучи ей, она не боится проявлять свои истинные чувства и является основным здравомыслящим и человечным звеном спектакля (всё же миссис Пирс — она иная, там — чистое здравомыслие, а человечности она себе позволить может не слишком много, пусть и хочет этого; жизнь бок-о-бок с товарищем Хиггинсом тяжка).

Миссис Пирс — Екатерина Иванова. Я уже в «Пигмалионе» радовалась мимике Екатерины, а уж «Антигона» позволила артистке раскрыться по полной. Но мы ж о «Пигмалионе» тут. Экономка, строгая резонёрша, стараниями которой в квартире Хиггинса и сохраняется порядок и покой. Превосходная дама. Да, я прикипела душой ко всей труппе. Но на данный момент, после просмотра трёх спектаклей Театра ЖИВ, у меня двое любимчиков: Екатерина Иванова и тот, о котором чуть ниже.

Альфред Дулиттл — Павел Гайдученко. И здесь, и в «Антигоне» Павлу досталась основная комедийная нагрузка. Да классный он (не зря же в других отзывах персонажа Гайдученко часто именуют любимым), хоть я и жажду увидеть его в ролях с несколько иным вектором направленности. Так пойду на другие спектакли — надеюсь, увижу.

Полковник Пикеринг — Астемир Апанасов. Ох, поверьте мне — Астемир прекрасен. Поёт — аки соловей. Бьёт чечётку — ударнейше. Играет — невероятно. (И, судя по пресс-показу, чувство юмора у человека — каждому б пожелать.) Прониклась. А мама моя так после «Оливии» и «Пигмалиона» у нас в ДК исполняет вокалу Астемира гимны (и я её прекрасно понимаю).

Элиза Дулиттл — Алевтина Хугаева. Холодная и неэмоциональная королева эльфов в «Волшебной красоте Оливии» — и полная феерия в «Пигмалионе». Эта роль — плацдарм для того, чтоб разойтись от души. И Алевтина тут показывает себя по полной. Такая, знаете ли, полновесная работа. Элиза-простолюдинка, Элиза на приёме у миссис Хиггинс, Элиза в финале — ну вот отлично. В финале я оба дня от неё почти рыдала.

Генри Хиггинс — Андрей Гурский. А вот и второй мой фаворит. Смешной и легкомысленный (или псевдо-легкомысленный?..) король в «Волшебной красоте Оливии», психованный и эгоистичный мистер Хиггинс в «Пигмалионе» и, наконец, тяжеловесный и страшный Креон в «Антигоне». Вот нет больше радости для театрала, чем наблюдать хорошего актёра с разных ракурсов. Но тут мы говорим о «Пигмалионе». Этот Хиггинс, простите, он же — истеричка. Я б тоже на месте Элизы ему сказала, что ухожу — пишите письма. Что я могу ещё сказать? Ну, это надо видеть. Не только Гурского — всех. Каждого, знаете ли уже люблю. Они такие.


В моей жизни было три театра, в которых я чувствовала себя, как дома. Вот приходила и понимала — моё. Режиссёрское видение, актёрская подача — прям как для меня делали. В 10 лет я так влюбилась в РАМТ: театр, который творил детские спектакли со взрослым подходом (а это при том, что даже в том возрасте мне было с чем сравнивать). В 14 лет я прикипела к Моссовету. Вот всё, что тогда шло, оно было мне в струю. Как будто советов у меня спрашивали, что я хочу видеть на сцене.

Прошло 20 лет. Там многое было. И театров — масса. Что-то нравилось, что-то — нет, но вот так, чтобы прям в душу ложилось всё и сразу, не произошло. До тех пор, пока я не познакомилась с малоизвестным в широких кругах Театром ЖИВ. И случилось волшебное и необъяснимое: снова создалась иллюзия, что режиссёр советовался лично со мной, как подать спектакли, а уж в труппу набрали исключительно самых лучших.

И я буду очень рада (вот как будто имею какое-то отношение), если, прочитав этот отзыв, вы решите посетить Театр ЖИВ. Он того стоит.


Ну, собственно, мои фотографии с пресс-показа «Пигмалиона». Тут — самое лучшее на мой взгляд (маньяки могут изучить полный фотоальбом). Пересматриваю — и переощущаю спектакль заново.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасаюсь от ботов, замучали просто. Впишите нужную цифру: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.