«Странная история доктора Джекила и мистера Хайда»: в команде Моссовета замена…

Никак нельзя было пропустить этот спектакль, честное слово! И шла в театр я, подпрыгивая от нетерпения и предвкушения. Просто так уж сложилось, что часть труппы театра им. Моссовета в данный момент находится на гастролях, и потому в «Джекиле и Хайде» случились чудесные замены, которые кое-кто (в том числе и я) ну никак не мог игнорировать. Да и в целом состав вышел — прямо ягодка. Это ж себе не простить, если дома остаться.

В общем, развеиваю интригу: мой любимый Александр Алексеевич Бобровский 7 марта сего года должен был предстать в роли епископа Бейсингстока (только сегодня! только один день!). И не надо долго думать, чтобы предположить, что сей уважаемый артист будет жечь напалмом и отрываться от души. Ещё важно вот что: я, помнится, жаждала лицезреть Валерия Сторожика в роли Аттерсона (которую он с недавних пор делит с вышеупомянутым Бобровским). Я слушала хвалебные отзывы, жаждала, но никак не могла смириться, что придётся смотреть спектакль без многоуважаемого Александра Алексеевича. Так и заявила: мне б хоть в роли кактуса, но чтоб Бобровский на сцене. И вот — такая удача (чудеса — они, знаете ли, существуют). Оба артиста в действии — и не кактусом, не рыбкой, не птичкой, а вполне себе ударно.

И ещё один «нежданчик» — вместо Леонида Сенченко в роли генерала Глоссопа мы должны были увидеть Владимира Прокошина (о чём забыли сообщить даже на сайте театра, озвучивая состав). Тоже ведь интересно — тем паче, что я Владимира только на Тысячнике мельком видела (ничего страшного, прямо сегодня в «Суперзвезде» по полной оценю).

Как говорят на церемонии вручения Оскара, спасибо маме и всем остальным по списку, что мне достался билет на первый ряд амфитеатра — да ещё в середине (так-то все билеты выкуплены были). Во-первых, звук там был — феерический. А как Анохин с Климовой запоют — так держись за поручень, уносит. Во-вторых, дело такое: я, каюсь, прежде считала ДиХ… ну, местами скучноватым… Три с половиной часа удовольствия — это ж переборчик. Вот ту сцену можно подсократить, эту порезать… Но это я вблизи смотрела. А из амфитеатра я увидела всю картину совершенно по-новому. И даже нелюбимая мной прежде «Добро и зло» оказалась чудесной. Про остальное я вообще молчу… Ребята, честно: «Джекил и Хайд» в Моссовете — он не для партера. Он — для тех, кто выше.

Я действительно наслаждалась каждым моментом. Потому что вот она, картинка, выстроилась. И, нет, в следующие разы я всё равно буду рваться на первые ряды партера. Потому как мимика и всё такое. Но я же теперь знаю, как оно должно выглядеть.

Собственно, я была достаточно конструктивна (надеюсь) в прошлом отзыве, и потому не буду подвергать сие сценическое произведение вдумчивому анализу. Для тех, кто ленится перейти по ссылке, коротко повторюсь: это — не шоу-мюзикл, а музыкальный спектакль. И в данном качестве он прекрасен. И именно так его надо любить — или не любить. Я теперь точно знаю — люблю. Всей душой.

Потому что трогает. Потому что треплет нервы. Потому что задевает за живое. И причиной тому — не столько шикарный сюжет и шедевральная музыка (тут-то есть, по чему пройтись), сколько работа артистов.

А я, напомню, смотрела не просто рядовой спектакль — а с нежданными заменами. Потому там была отменная фраза в адрес подрастерявшегося на сцене Глоссопа: «Генерал, вы забыли меня! Хам!» Там было неповторимое от Бобровского: «Ваша светлость, не подбросите нас до Сити?» — «Подброшу, только я вначале хотел заехать в другое кабаре…» Ну, и злободневный шедевр от Анохина в момент убийства нашего Бобровского-епископа: «Да кто же вас не знает? Нежный пастырь — и особенно для женского пола под восьмое марта!» Дааа… Это был отменный подарок на женский день…

А я, наверное, уже перейду к артистам. Чего тянуть-то?..

Прупс — Александр Емельянов. Просто ничего не могу с собой поделать — люблю Емельянова всё сильней и сильней. Казалось бы, роль небольшая — а так вкусно он её творит. И баритон опять же. Ну вот как устоять?..

Генерал Глоссоп — Владимир Прокошин. Досада-то какая — внезапная замена, а роль не даёт развернуться… В заданных рамках — прекрасен. Ну, да, непонятно, как сие юное создание стало генералом (тем паче, что Анохин, следуя тексту или забывшись, что простительно, заявил, что, де, умер «старый генерал»). Ну, да, запутался, какую леди уводить со сцены (за что и получил милый оклик: «Хам!»). Но, в отличие от Бобровского, Прокошин вводился «со стороны» — он к данному спектаклю имеет только такое отношение, что числится в труппе театра. Потому — крут. И хорош собой. Такой генерал прям генералистый. Овации прямо.

Леди Энфилд — Мария Кнушевицкая. Люблю и её, и её крысоловку. Хороша.

Пул — Владимир Сулимов. Ну великолепен же. Тот случай, когда из небольшой роли делают алмаз.

Леди Бейконсфилд — Нэлли Пшенная. Как не пела — так и не поёт, а как филигранно играла — так и играет. Пшённую люблю давно — и верною любовью.

Спайдер — Евгений Ратьков. Милый, хороший, отвратительный. Всё, как надо по роли. Чуть бы больше вокала… Хотя Спайдеру — оно простительно.

Саймон Страйд — Олег Кузнецов. Просто был отличен. И вокально — шедеврален (бывает у Кузнецова, знаете ли, что «сегодня я пою так себе»… а вот 7 марта — молодцом!..). Ну, люблю я Кузнецова, куда деваться…

Сэр Денверс Кэру — Степан Старчиков. Нравится он мне. Правда. Тепло от него какое-то идёт. Хороший персонаж.

Эмма Кэру — Лилия Волкова. Вот тоже нет претензий. кто-то жаждет видеть иных актрис в роли Эммы — а меня Волкова вполне в рамках данной постановки устраивает. Верю. И поёт здорово.

Люси Харрис — Ирина Климова. Просто никаких вопросов, одни восторги. Всё точно и чётко — любовь к Джекилу и страх (и неосознанная тяга) к Хайду. Сцена смерти — мощнейшая. Это вот — сильная актёрская работа. И тут — всё так, как оно и должно быть. И я хочу, чтобы в дальнейшем мне в этой роли попадалась исключительно Ирина.

Епископ Бейсингсток — Александр Бобровский. А вот и наши в городе… Ребят, это было нечто неописуемое. Мы заранее представляли себе это: как Хайд пытается придушить эдакую глыбину. Фигушки: вышел трясущийся, сгорбленный старец, еле-еле переставлял ноги, чуть не рассыпался прямо на сцене… И при этом ну ТААААК смотрел на девушек из балета, ТААААК требовал кающуюся Магдалину, ТААААК спешил «в другое кабаре», что вот не жалей бы я людей, сидевших за мной, встала бы — и стоя аплодировала безостановочно. Друзья мои, кажется, удовольствие получил и артист, и зрители. А в финале мы дружно и взатяг закурили… Жалко, что епископа убивают в конце первого акта, право, жалко. И пусть сутана была коротка — зато можно было всячески изучить белые носочки. Ну, и определённой игривости это епископу добавляло. В общем, так: кто не видел — пусть рыдает. Александр Алексеевич — он великолепен. А что касается повторения данной разовой акции — лично я не уверена. Всё же, слишком харизматичное и яркое комедийное пятно проникло в серьёзную ткань повествования. Да, оно невозбранно круто (а не умеет Бобровский иначе). Но неправильно это — когда второстепенный персонаж, епископ, перетягивает на себя всё внимание зала, сам того не желая. Ибо — талантище. Пусть Аттерсоном лучше, а?.. Ну, или все пусть жгут.

Джон Аттерсон — Валерий Сторожик. Да и пусть его, что Валерий Степанович не столь вокально силён, как гражданин Бобровский. Я это видела, и я скажу: он — за-ме-ча-тель-ный. Они — Аттерсоны — разные. Александр Алексеевич — он, да, столп, и друг-покровитель. Он на Джекила смотрит чуть свысока, ибо является на самом деле «самым здравомыслящим» человеком в Лондоне. Там что-то такое отцовское видится. Сторожик же — он действительно друг. И его холерическая истеричность исключительно гармонично ложится в канву его видения роли. Ну, назвала его сумасшедшая тётка «самым здравомыслящим» — так ей то привиделось. Ну, честно, даже не хотелось сравнивать, настолько разные персонажи получились. Шикарно. И вот сама поражаюсь, но хочу его видеть снова. И Бобровского тоже. Но и Сторожика. Чудеса творятся, я ж говорю…

Доктор Генри Джекил и Эдвард Хайд — Валерий Анохин. Ребят, вот просто сложу ручки и попытаюсь лишнего не наговорить. Ибо — силища. Ибо — мощь. Ибо — такой вокал, что ого-го. И сцена противостояния — это явление (пусть она и поставлена в Моссовете по-странному… я хотела написать: «По-кретински!» — но, заметьте, сдержалась… ведь Анохин сделал бы её в сто раз выразительнее, дай ему волю…). Вот обожаю Анохинского очкастого непутёвого Джекила в начале — и таю от его Хайда. Растекаюсь лужицей. Это — ррррок! Это такое владение голосом и работа в разных стилях (в том числе, и в рамках одной арии), что диву даёшься. Друзья мои, как же повезло Моссовету, что они некогда ввели Валерия на главную роль. Тут — это победа. И просто повод послушать, КАК могут петь живые люди. Да при этом ещё и роль играть.


Что у нас в сухом остатке? Понимание, что спектакль — фееричен. Подтверждение того, что Анохин — вау. И очередное растекание по линолеуму от таланта Бобровского. А сей вечер я запомню надолго. И «другое кабаре», кажется, войдёт в мой лексикон. А оно достойно!


И, конечно, мои фотки с поклонов. Прежде я осознала один закон: если на сцене Моссовета Вальц Е., то он будет не в фокусе. Теперь окончательно сформулировала новый: а если там ещё и чудеснейший Емельянов А., то я напрочь забуду его сфоткать. Потому — нос Александра на паре фоток. Ну, и остальные.

Одна идея о “«Странная история доктора Джекила и мистера Хайда»: в команде Моссовета замена…

  1. avatarНаташа

    Хочется вставить все 10 копеек.Это был был второй ДИХ с Анохиным В.М. После первого просмотра я ушла мягко говоря в расстроенных чувствах. Не могу сказать , что мне не понравилось, но и восторга у меня не было. Решила сходить еще раз.И вот настал сей миг.Все началось с состава.Увидев Бобровский -Епископ.Это интересно.И мои предчуствия меня не обманули, три часа пробежали на столько быстро, что я даже не поняла это уже все.Хочу еще.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасаюсь от ботов, замучали просто. Впишите нужную цифру: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.