Кому — что, а нам — графа!..

Ну, зачастила я на «Графа», зачастила… Основная причина похода, честно признаюсь, была чисто гастрономическая: мне необходимо было «заесть» Дыбского, а то я после него плохо сплю и вскакиваю по ночам с воплями ужаса. А тут ещё и каст такой, что прям сиди и пальчики облизывай. Крем-брюле со сливками (и опять с ложкой дёгтя, увы, но хотя бы с одной-единственной).

В общем, звёзды сошлись и подарили мне шикарный вечер. В созвездии присутствовали: Белявский, Дольникова, Сидорцова, Маракулин, Ли, Савельева, Шляхтов и Толоконников ещё отсвечивал с краю.

И я повторюсь, что не знаю, что писать о Белявском, Дольниковой и Сидорцовой. Ибо из раза в раз дублировать одни и те же хвалебные песнопения — верх глупости. Тогда так: лучшая актёрская игра — это когда ты забываешь, что перед тобой — артист в роли, а не его герой. Белявский — граф Орлов на 146%. Каждое движение, каждый жест, каждая эмоция на своём месте. Так и только так должен вести себя Орлов (Орлов Белявского, конечно). Вокально Андрей был сегодня в ещё более шикарной форме, чем несколько дней назад. Короче говоря, сей Орлов — это эдакий столп, вокруг которого вращается всё действие. И столп стоит крепко и мощно.

А Теона божественна. Да, Аглая поразила меня — на контрасте с первым разом, когда я её лицезрела. Но до Дольниковой ей — как мне… хм… до Дыбского (да, я чего-то скромна сегодня). Вот выходит Белявский — и ты сразу понимаешь, что это — «орёл» и «могучий лев». А вот выплявает Теона, и ты веришь, что именно она одним взглядом способна пленить пол-Европы и даже этого сердцееда, Орлова. А Андрей с Теоной — это не Андрей с Аглаей. Ту он как обнимет — страшно, что переломится. Здесь же иные отношения: менее искромётные, но более нежные и тёплые. Меньше откровенного секса, больше внутренней близости. Наверное, так. Обожаю этот дуэт.

Ну, и Теонину подачу сцены объяснеения в тюрьме я больше люблю. Шиловская же, как ни крути, оскорблённая гордость. Ах, вы так со мной?! Тогда нате вам, рву бумаги и ухожу с задранным носом. У Дольниковой — безысходность. Любовь оказалась обманом, самый близкий человек её предал — значит, и жить больше незачем. Да, мне это ближе.

Сидорцова — как всегда. На «Власти» зал просто не дышал, а потом рванул аплодисментами. На «Письме» я жалела, что Радзивилл — не я. Во втором акте Наташа всё успешнее борется с корявой режиссурой, но, увы, всё же вынуждена действовать по рисунку. И моя радость — «карточная» сцена с Радзивиллом…

Кстати, о нём. Я до сих пор пою финальную песню: «Нет ничего прекрасней Маракулина…» Он играет настолько точно, настолько вкусно… В этом Радзивилле столько нюансов, что можно смотреть, не отрываясь. Мимику Маракулина предлагаю считать эталонной (напоминаю: я им лечилась после Дыбского; отличная пилюля). Про вокал молчу, ибо слов не нахожу от восторга. А это умение играть комического персонажа без малейшего наигрыша… «Это чё такое?» — когда девушка-карта вклинилась между Радзивиллом и царицей, например.

Ну, и дуэт с Ли. Я даже забыла, что Сергей может быть ещё круче. Но тут-то у него был полноценный партнёр (а не усатый чайник, пучащий глаза и забывающий, что кроме него на сцене есть ещё кто-то). Эта пара поляков — красавцы. И, да, при таком раскладе я понимаю, почему Радзивилл просит освободить Доманского. «Пока не поздно, брат… — смачный чмок в щёчку. — Дуй отсюда скорей!» Напоминаю, у Дыбского-то не брат, а пан.

Ли в очередной раз вынес вторым актом. Исключительно убедителен. Его финальный взгляд в небеса (после просьбы Орлова помолиться) — чудо. Сцена в тюрьме с Елизаветой, а позже — с Орловым… Прекрасно. И, да, я сравниваю его с Доманским-Балалаевым (мистером Пустое Место и Я-Не-Знаю-Что-Делать-В-Этой-Роли). Потому хвалю ещё усердней.

Шляхтов всё ещё не мой любимый Голицын, но сегодня он тоже мне понравился мне ещё больше, чем в прошлый раз. Старается ведь человек, вас, дураков, спасти хочет, а вы… Эх!..

Диана зато — «моя» цыганка. Каринэ с самого первого выхода — сам фатум. Как глянет, в землю закопаться охота. Не понимаю, как Орлова от неё не трясёт. Диана же — более мягкая, человечная. И её роль Судьбы выходит на первый план только в самом финале. И вот от этой трансформации — мурашки по коже. Правда, «Зима» её сегодня меня не сильно зацепила — у Каринэ больше той же самой безысходности. Диана же слишком перебарщивает вокальными изощрениями, и за ними теряется суть. По крайней мере, мне так показалось. И только сегодня, в прошлые разы я воспринимала её песню иначе.

Далее — мой любимый балет, который как всегда молодец, и не менее любимый ансамбль, где мальчики — красавцы (мне тут пишут в СМС: «Добромилов — форева!»), а девочки чего-то в очередной раз полажали от души. Нет, ну почему мужики поют так, что ах, а дамы — хоть уши затыкай?.. «Итальянская ночь» — прям эталон женской лажи. Но актёрски все хороши. Хотя бы так.

Ну, и напоследок. Толоконников… Женя, ну что ты делаешь?! Теперь слово «граф» в обращении к Орлову звучит не через фразу, а в каждой (я реально ждала, что он и в сцене на корабле в конце 1 акта к Елизавете по привычке обратится: «Граф!..»). Теперь лишних словечек, междометий и прочих звуков стало ещё больше. Ну, что, такая роль маленькая, что все средства хороши, чтобы её расширить?! Эдак скоро товарищ Толоконников начнёт в чужих сценах из кулисы в кулису бегать, чтоб внимание на себя обратить. Во время квартета Евгений всё так же стоит на авансцене, делая вид, что он тут — основное действующее лицо. Наигрыша меньше не стало, сцена репетиции встречи Елизаветы флотом столь же ужасна — я всё ещё ищу вывеску «Цирк» во время оной. Про вокал не хочу писать, поскольку вокала-то как такового и нет. Есть дубовое ученическое пение, которое слушалось совсем странно на фоне окружающего великолепия. Что радует, так это только отсутствие Ивана во втором акте. Обычно-то меня это печалит, но в случае с Толоконниковым я в воздух чепчики бросаю.

Резюмирую: в очередной раз огорчаюсь, что русские мюзиклы настолько суровы, что в них можно смотреть только один состав. Максимум — один каст отличный, второй — «ну, хотя бы не тошнит». Нет, это неплохо, когда одну роль играют разнотипажные артисты. Хреново, когда типаж этот совершенно на роль «не садится». Но у нас же «свой путь», плюс публика всё ещё готова прощать лажу и рассуждать как-то так: «Ууу, Сидорцова-то круто поёт… Представляю, как опупенно тогда споёт Гусева!..» (в особо запущенных случаях — Рулла). И будет круто поющая Сидорцова годами ждать хорошей роли, а медийную Гусеву будут таскать из проекта в проект и ставить её на совершенно неподходящие (ни типажно, ни вокально) роли.

Да, это резюме не имеет никакого отношения к вышесказанному. Но разве ж я не права?..

Одна идея о “Кому — что, а нам — графа!..

  1. avatarkiska-manya

    :)))
    особенно плюсую «Я до сих пор пою финальную песню: «Нет ничего прекрасней Маракулина…» Он играет настолько точно, настолько вкусно… »
    и Ли конечно, какой он всегда на сцене на все 100%.
    Если бы не этот единственный состав наших прекрасных артистов, страшно представить насколько суров был бы мир русских мюзиклов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасаюсь от ботов, замучали просто. Впишите нужную цифру: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.