«Графиня де Ля Фер»: не вышел каменный цветок…

Я, право, теряюсь, что и написать о свежесостоявшейся премьере. Просто мыслей и эмоций слишком много, и я опасаюсь, что не смогу должным образом облечь их в слова. К тому же я уже знатно выпустила пар в ряде чатиков и разговоров. Так что попытаюсь высказаться коротенько (угу-угу, так у меня и получилось) и конструктивно. И со спойлерами на сей раз — иначе никак.

…премьеры «Графини Де Ля Фер», обозначенной в афише как «рок-мюзикл», мы все, безусловно, истово ждали. Во-первых, уж слишком хороши оказались «КарамазоВЫ» — первое детище Александра Рагулина, старшенькое, так сказать. А во-вторых, прельщал невероятно мощный состав.

Мудрые мира сего предпочли снизить планку ожиданий (оно так вернее — потом разочарование меньше, а радость — больше… в зависимости от того, что именно в итоге покажут на сцене). Особенно после того, как на сайте проекта появилась возможность послушать три песни из «Графини». Как-то они звучали… не по-«Карамазовски», если позволите. А если говорить без вуалирования, то не впечатлили они, увы и ах.

Плюс сама идея сделать центром повествования историю Миледи из «Трёх мушкетёров» не внушала оптимизма — Дюма был не сильно щедр на раскрытие жизненных перипетий героини, оставив её практически терра инкогнита, так что пришлось бы или размазывать на целый спектакль коротенький пьяный рассказ Атоса (приправленный точечными дополнениями из иных книг), или… придумывать всё практически с нуля. Первое — скучно, второе… страшно. Это ж что на выходе получится?..

Да, очень хотелось отгонять подозрения, заставляющие предчувствовать, что тут как раз тот случай, когда молния дважды в одно место не ударила, и если «КарамазоВЫ» получились хитом, то «Графиня» подарит нам немного поводов аплодировать стоя. Но душенька трепетала…

Так что я отправилась в КЗ «Измайлово», максимально минимизировав ожидания. Помогло ли это, поинтересуетесь вы? Нет.

Значит, тут такое дело: по сути, «Графиня Де Ла Фер» — это два спектакля в одном (и что особенно тяжко, длится действо почти три часа). Первый акт — это, по факту, многословный пересказ песни про «Есть в графском парке чёрный пруд». Второй — внезапно! — перескакивает через несколько лет и сосредотачивается на истории с подвесками королевы.

Первый акт — про любовь. Страдашки, чувства, вот это вот всё. Тут все поют проникновенные арии на разрыв, с первого взгляда влюбляются в прекрасную, как майская роза, Анну (настоящее имя Миледи — ну, тут и Дюма не спорит), выворачивают душу и… действуют максимально нелогично.

Сцены сменяют друг друга быстрее, чем солистки в группе «ВИА Гра». Герои не успевают прожить то или иное состояние, а уже нужно перетекать в новое. Только-только Анна прикипела к аббату — а уже по графу страдает. Не успел сам аббат отказать графу от венчания с «сестрой», как обряд проводит. Нет, всё было бы хорошо, если б эти «кусочки» были крепко и адекватно связаны. Но драматургия вышла из этого чата.

Замечу, что при всём этом первый акт длится больше часа, но за это время толком ничего не происходит. Потому что сюжетно действие не наполнено — нечем. Всё просто максимально серьёзно, чувственно, громко… Мелодрама — как она есть.

Атос, видимо, нуждается в мощных очках, ибо он как-то не обратил внимания, что во время первой брачной ночи никакой лилии на плече жены не наблюдалось. А потом не заметил, что клейму, от силы, пара часов (и пока оно вообще не лилия, а свежая рана), и тут уж надо бы поинтересоваться, что за сволочь любимую обидела, а не заниматься развешиванием женщин на деревьях (и сейчас неважно, каких именно).

Палач, клеймящий людей перевёрнутыми крестами — ну, такое, странноватое режиссёрское решение. Я, пожалуй, понимаю, что хотел сказать создатель, но результат — отнюдь не таков, как задумывалось. Идея не считывается, а картинка смешит почтеннейшую публику.

Поездки на столах и стульях… простите, в каретах и на лошадях, в принципе, имели б место быть — почему нет, не впервые именно так обозначаются подобные действия. Но именно в «Графине» что-то не сработало, и опять же итог комичен.

В целом же первый акт показался мне китайской пыткой, пережить которую не каждому дано. Затянуто. Нудно. Песни кажутся не только похожими одна на другую, но вообще сливаются в длиннейший, бесконечный трек. Не хватает эмоциональных качелей — всё полотно мажут, по факту, одной и той же краской.

Да, есть вставной комический номер (и симпатичный, кстати), демонстрирующий свадьбу короля Людовика с Анной Австрийской. Но он ситуацию не спасает, лишь вызывает вопросы — что это, собственно, было и зачем?.. Да, скоро ответы мы получим, но, сидя в зрительном зале, приходится вспоминать сложное слово «идиосинкразия». Ибо весь первый акт в принципе не предполагает эдакого загадочного вкрапления.

Здесь же поплачусь, что обиду короля на то, что жёнушка зовёт его Людвигом, а не Людовиком, я так-то разделяю. Но нудно замечу, что непонятно с чего испанка Анна Австрийская застопорилась на немецком варианте имени. И добавлю, что несчастный Людовик должен был бы требовать называть себя Луи, ибо именно так своих королей именуют все французы. Но это уже придирки, согласна. У нас история русскоязычная, и мы можем представить, что, звучи со сцены иной язык, игра слов была бы другая (ну, скажем, Луисом бы королева супруга нарекла — вполне по-испански).

И вот начинается акт второй… И ты оглядываешься и пытаешься сообразить — я всё ещё в «Измайлово»? Не припёрлась ненароком на какой-то другой спектакль? Ибо теперь всё происходящее — комедия. Яркая, гипертрофированная, гротескная, местами — абстрактная. Но стопроцентная комедия.

И законы драматургии внезапно начали соблюдаться. Присутствуют и серьёзные, глубокие номера — в тех местах, где им как раз самое место. А потом, совершенно правильным образом, снова всё встаёт на юмористические рельсы. И логика возвращается из отпуска (да, логика странная, почти инопланетная, но в рамках данной постановки даже и человекопонятная).

Безусловно, Рагулин продолжил начинания товарища Дюма, который честно говорил: «Да, я надругался над историей, зато посмотрите, какие у нас прекрасные дети!» — и сотворил с этой самой историей такое, после которого он просто обязан на ней жениться. Понятно, что он переосмыслил и видоизменил роман-оригинал так, что кое-где сходство с фонарями искать надо.

Ну, скажем, то, что Миледи (он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора… в смысле, тут следует перечисление всех имён, под которыми действовала героиня) оказалась Констанцией Бонасье (на полном серьёзе — вот внедрил её Ришелье во фрейлины королевы, и она под псевдонимом подрывала таким образом государственные устои), мозг ещё принимает. А вот тот факт, что Арамис и Портос — это аббат и брат его палач из первого действия, которые резко задружились с графом-Атосом и массово подались в мушкетёры (сами ж понимаете, в элитную часть, личную охрану короля каждого первого набирали с улицы по объявлению), просто взрывает остатки сознания и отправляет их в район Плутона.

Впрочем, фанфик — штука такая, и если в целом всё довольно бодро складывается в общую картинку, то почему б не предположить, что вот в этой параллельной вселенной, в которую мы заглянули посредством сцены, именно так события и развивались?..

Жаль, конечно, Анну Австрийскую (после смерти которой её сын, Людовик XIV, горестно признавался: «Она была не только великой королевой, но и великим королём!» — а это показательно, ибо королевские династии — не сахар, там обычно родители с детьми грызлись за власть, а не нежные чувства друг к другу проявляли), превратившуюся в спектакле в женщину из серии «а для испанки нет понятья чести». Королева же (превосходный комедийный персонаж — этого не отнять) в мюзикле мужиков, как перчатки, меняла (порой даже сообразить не могла, с кем из них утро встречает в одной постели — но тут не будем пуританами, смешной же момент). Всё ради дела, бесспорно! Ради родной Испании! Но ежели вы взросли на героине, воплощённой на экране Фрейндлих (или хотя бы по диагонали прочитали учебник истории), то будет больно и обидно.

Впрочем, чего нам слушать того Людовика XIV, что-то некогда вещавшего о матери. В параллельной вселенной спектакля Король-солнце вообще не родился, ибо Анна Австрийская вместе с Ришелье отправились куковать в двухместную камеру Бастилии (хотя можно представить, что Людовик XIII в один прекрасный день жену простил и вернул под своё крылышко — а то совсем грустно становится за мировую историю и её альтернативное течение).

Тут вот что я должна сказать: первый и второй акты отличаются друг от друга так сильно, и настолько вторая часть драматургически и музыкально мощнее (нет, понятно, что в её основе лежит аж целый роман, потому изначально сюжет гармоничней, но не только в этом дело), что складывается впечатление, будто Рагулин однажды взялся писать мюзикл про трёх мушкетёров, а потом передумал, несколько трансформировал готовый материал и с нуля создал первую часть — про юность Миледи. (И я не удивлюсь, если это так и было.)

Тем паче, что во втором акте графиня Де Ля Фер и муж её (читай — Атос) отходят на второй план. Здесь главные действующие лица — король, королева и, конечно же, Ришелье. Даже несмотря на то, что вся история «закольцовывается» обратно в отношения Де Ля Феров, после антракта они играют вспомогательные роли, обрамляя тех, кто вершит судьбы Франции. О чём это нам говорит? Да снова о том, что первый акт ну уж очень явно «приклеен» к выношенной и выстраданной идее.

Самое страшное — что 90% зрителей по завершении спектакля считают его… комедией. Вторая половина (динамичная, интересная, смешная) начисто перечёркивает первую. Я знаю постановки, в которых акты выдержаны в разной стилистике и жанровой направленности. Вот так задумал режиссёр — и всё работает и сливается в единое полотно. В «Графине» же, увы, ситуация иная. «Как прибили — так и держится». Как получилось — так и показываем (по крайней мере, именно так всё выглядит). И это ужасно.

Я в принципе молчу о том, что финальную сцену с письмом Атосу понять не смогли бы и лучшие мыслители Древней Греции. Я лично слышала вариантов 15 трактовки этого момента — и в данном случае это говорит не о глубоко заложенном философском смысле, а о плохо прописанной пьесе. (Нет, я, конечно, повеселилась и продолжила размышлять о необходимости выписать Атосу рецепт на очки — мол, он не разглядел, что дама-то — не его жена, а другая тётка. А что похожа — ну… сестра. И что мстить решила — ну… за родственницу войной на графа пошла. Логично? Вполне. Но здесь мы возвращаемся к брошенной в самом начале сюжетной линии о происхождении Миледи — я искренне надеялась, что сие ружьё выстрелит в интересненькую мишень, но птица обломинго пролетела над горизонтом…)

И моя личная боль: в конце все так пафосно восклицали, что графиня Де Ля Фер, де, невиновна, что я почти поверила. Но, простите, заклеймить её должны были за воровство (именно за это цветочком плечико и украшали; вон, даже Атос в романе подтверждает: «Ангел оказался демоном. Бедная девушка была воровкой»). И, как ни крути, золотые сосуды из монастыря она таки собственными руками свистнула — это нам Рагулин сотоварищи наглядно продемонстрировали. Да, лилия на плече мюзикловой Анны оказалась без суда и следствия (а вот как будто в романе Миледи казнили прям после решения присяжных, ага). Но невиновной она не была ни разу. (Плюс она ж там ещё кого-то убила, помните? Даже в спектакле мы видели глупую смерть несчастного Гримо. Точно, графиня Де Ля Фер — просто облачко райское.) Логика, а пойдём в следующий раз на спектакль вместе?..

И всё же: второй акт, в отличие от первого, имеет право на жизнь и вполне похож на театральное действо (хотя, может, особенно хорош он именно на фоне первой половины спектакля).

Я, кстати, знаю ряд зрителей (и немалый…), которые, напротив, считают первый акт премилым, а второй — отвратным. Но это исключительно потому, что сии чудесные люди любят, когда им со сцены льют чувства, страдания, любовь, страсть… Почему нет — это же прекрасно, если можно напитаться столь необходимыми эмоциями. А вот странную и своеобразную стилистику акта второго приемлют далеко не все. Я подобное люблю, а другие ужасаются и рвут на себе волосы. Потому и воспринимается частью публики «Графиня» диаметрально противоположно. Что, как ни печально, не превращает первый акт в театральный продукт (да концерт это, концерт на заданную тему), а второй — в его логическое продолжение.

Кратко о музыке. Её много — МНОГО! Но… Увы и ах, то тут, то там проскальзывали знакомые до боли цитаты из «Карамазовых», и мозг сам по себе играл в «Угадай мелодию», мешая воспринимать материал. К счастью, это — рок. Люблю, знаете ли. К несчастью — аранжировки…

Именно они не позволили мне по достоинству оценить музыку. Да, я отметила мысленной галочкой несколько номеров, но в целом, как я уже сказала, весь материал слился для меня в один большой мелодический ком, вычленить из которого отдельные элементы было проблематично.

Позитив в том, что и аранжировки «Карамазовых» в своё время претерпевали апгрейд, зазвучав гораздо чище и мощнее. Хочется надеяться, что и «Графиню» подточат напильником, лишив оркестровки «пластмассовости» и сделав их более объёмными.

Режиссура. В первом акте слишком много аллюзий на тех же «Карамазовых» (в смысле, использованы похожие приёмы). И, в принципе, тут всё достаточно линейно и обыденно. Плюс масса спорных моментов, вызывающих чувство стойкой неловкости.

Во втором же акте всё гораздо насыщеннее и оригинальней. Я даже так скажу: если Рагулин может делать ТАКОЕ, то я в самые верные фанатки его пойду, коли он соблаговолит поставить нечто, целиком и полностью выдержанное в таком стиле.

Только не складываются воедино две половинки театрального пирога. И от этого гиппокамп выковыривает из своих закоулков термин «когнитивный диссонанс»…

Были ли какие-то однозначные плюсы в «Графине»? Вы удивитесь, но да! Антракт! Актёрский состав!

Собрать воедино такие величины — это подвиг. За одно это надо б Рагулину памятник поставить!.. Жаль, что именно работа артистов — богическая, великолепная — делает «Графиню» спектаклем, который можно хотя бы раз посмотреть только ради того, чтобы восхититься всеми этими шикарными людьми.

Актёры работают, как в последний раз. Они выворачиваются наизнанку там, где проникновенно, и хулиганят, как дети, там, где место комедии. Я вам честно скажу: ТАКОГО Балалаева вы ещё не видели (просто именно он стал для многих — и для меня в частности — главной неожиданностью спектакля).

В общем, как бы это удивительно ни звучало, актёрской работы много, она сложная, интересная, многогранная… И именно она вытаскивает «Графиню» из того колодца, в котором она могла бы оказаться при каком-то ином составе исполнителей. История не приобретает цельность и смысл — нет, но тебе хотя бы хорошо от того, что творят артисты. И как они поют!..

Небесно красивый и мужественный граф Де Ля Фер (он же Атос) — Ростислав Колпаков. Премилый Бекингем — Александр Суханов (мой отдельный краш). Аббат (он же Арамис) — Александр Казьмин, которому выпала сложная задача в каждом из актов прожить абсолютно различные состояния персонажа (и как!..). Палач (он же Портос) — Александр Рагулин, во втором акте доведший зал до истерики (а лично я отдельно наслаждалась вокалом Александра в массовых вещах — это ж праздник ушей какой-то). Ришелье — Игорь Балалаев… Вот здесь — просто восхищённо промолчу, ибо на это смотреть надо (и слушать). Брависсимо! Людовик XIII — Евгений Вальц, который, ежу понятно, может всё, вот и абсолютно комического персонажа подарить публике, которая будет после каждой сцены аплодировать и кричать «Браво», сумеет без проблем (а потом ещё и исполнить проникновенную арию и окончательно добить зал). Ну, и Анна Австрийская — Анастасия Стоцкая. Комический талант Анастасии неоспорим, это понятно, но она же ещё, оказывается, умеет сделать пошлое в задумке вполне адекватным и приемлемым каждому. Наслаждалась!

Добавлю, что персонажи Суханова, Балалаева, Вальца и Стоцкой временами скатывались в гротеск — но правильный. Это отдельное умение — не превращать гротеск в шапито. Балансировать на сей грани может далеко не каждый. Но здесь — всё как по нотам.

Собственно, резюмирую. Сложилась ли «Графиня»? Нет. Пока это откровенная неудача, и непонятно, как можно было бы поставить спектакль на правильные рельсы. Ну, если только разделить его пополам и превратить в две отдельных постановки — добавив логику в историю юной Анны-Миледи и оставив все плюсы совершенно наркоманского переложения «Трёх мушкетёров» (тем оно и круто — своей нетривиальностью).

Но такое развитие событий нам вряд ли грозит, потому будем просто наслаждаться работой артистов — они герои.

Понятия не имею, какое будущее ждёт «Графиню». Но, в любом случае, понятно, что Александр Рагулин — человек с совершенно нестандартным сознанием. Ошибаться имеет право каждый. «Графиня Де Ля Фер» в том виде, в каком она отпремьерилась в КЗ «Измайлово» — огромная ошибка.

Я робко надеюсь, что творец прислушается не только к мнению поддерживающих друзей и коллег, но и к тому, что пишут и говорят простые зрители. Видят небеса, они — мы, публика — не хейта для. Мы любим «Карамазовых». Мы знаем, на что способен Рагулин. И вот сейчас — не в ту дверь вошёл Александр. Увы…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Спасаюсь от ботов, замучали просто. Впишите нужную цифру: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.